МОЙ АЗЕРБАЙДЖАН

О проекте  |  Редакторы  |  Блог  
РОССИЙСКО-ТУРЕЦКИЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ В 1920-1921 гг.

РОССИЙСКО-ТУРЕЦКИЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ В 1920-1921 гг.
И ИХ ВЛИЯНИЕ НА ПОЛИТИЧЕСКУЮ СИТУАЦИЮ В АЗЕРБАЙДЖАНЕ

Фарид Алекперли, доктор исторических наук


События 27-28 апреля 1920 года в Азербайджане нельзя рассматривать вне контекста сложившейся к тому времени международной ситуации и, в первую очередь, взаимоотношений между Россией и Турцией. Распад Российской империи дал возможность Азербайджану провозгласить свою независимость. В дальнейшем помощь Турции помогла эту независимость сохранить [1]. Однако в 1920 году Турция не только не смогла оградить Азербайджан от большевистской агрессии, но и дала недвусмысленное (хотя и неофициальное) согласие на оккупацию страны Красной Армией. Об этом свидетельствуют многочисленные архивные документы. Например, в годовом отчете Наркоминдела РСФСР к VIII съезду Советов отмечалось: "Кемалисты вступили с нами в сношения через Азербайджан, где группа их приверженцев содействовала перевороту и приглашению российских красных войск революционным азербайджанским правительством" [2].

Хотя Турция и не заключала с Россией специального межгосударственного договора относительно перехода Азербайджанской Демократической Республики под контроль Москвы, она поддержала подобный поворот событий в многочисленных официальных посланиях турецкого руководства правительству Советской России. Например, в письме Мустафы Кемаля Ататюрка В.И.Ленину от 26 апреля 1920 г. отмечалось: "Если советские силы предполагают открыть военные операции против Грузии или дипломатическим путем, посредством своего влияния, заставят Грузию войти в союз и предпринять изгнание англичан с территории Кавказа, турецкое правительство берет на себя военные операции против империалистической Армении и обязывается заставить Азербайджанскую Республику войти в круг советского государства (курсив наш - Ф.А.)" [3].

Письмо было направлено за сутки до большевистского путча в Баку, когда судьба АДР была уже практически решена. Переход страны под власть большевиков свершился с молниеносной быстротой. В ночь с 27 на 28 апреля Баку был занят XI Красной Армией, а генерал Халил паша и другие находившиеся в Азербайджане турецкие офицеры не только не выразили своего протеста против военного вторжения России, но и убеждали местные власти не оказывать сопротивления большевикам. Все это делалось по прямому указанию Ататюрка, который в своем послании генералу Кязым Карабекир паше писал следующее: «Мы доводим до сведения военной миссии направленной нами в Баку 26 апреля 1920 г, что мы придерживаемся солидарности с большевиками в борьбе против империализма и согласны с передачей Азербайджана, на определенных условиях, в группу большевистских государств» [4].

Выступая в меджлисе 14 августа 1920 г Мустафа Кемаль заявил: «Господа, благодаря помощи X и XI армий большевиков, мы смогли прорвать Восточный и Кавказский фронты. Наши рекомендации, влияние и поддержка позволили им (т.е. большевикам - Ф.А.) с легкостью преодолеть Северный Кавказ и войти в Азербайджан» [5].

Видный представитель азербайджанского национально-освободительного движения Гусейн Байкара в своей книге «Борьба Азербайджана за независимость» писал: «По мнению многих, это была идея Ататюрка - пожертвовать независимостью Азербайджана в пользу Советской России в обмен на помощь Москвы национально-освободительному движению в Анатолии. Такого мнения придерживаются лорд Кинрос, доктор Рза Hyp, профессор Тарык Зафер Тунайа, Мамдух Йаша, доктор Салахаддин Тансел, Аджлан Сайылган, Доган Авчыоглу, генерал в отставке Вейсал Унувер и другие... В частности, доктор Рза Hyp в своей многотомной «Истории Турции» пишет: «азербайджанцы говорят, что сначала турки спасли их от вражеских рук, а затем продали большевикам» [6].

Бывший министр национальной безопасности АДР Наги Кейкурун Шейхзаманлы в своих воспоминаниях прямо указывает на то, что большевики захватили Азербайджан по согласованию с Турцией. Он также утверждает, что часть турецких офицеров, находившихся на службе азербайджанского правительства, была подкуплена Москвой: «Тех, кто хочет понять мою позицию, я отсылаю к 1400-страничной книге Кязим Карабекир паши, где он детально раскрывает все эти факты… В этой книге вы можете прочитать о множестве турецких авантюристов, которые выдавали себя за представителей Анкары в Азербайджане. Эти люди провоцировали политическую нестабильность и хаос в стране. В итоге, они предали нашу нацию, получив взамен крупные суммы денег из Москвы... Когда Красная Армия подошла к нашим северным границам, азербайджанские власти приказали губернатору города Губа разобрать железнодорожные рельсы на протяжении, по крайней мере, одного километра. Губернатор выполнил это распоряжение на следующий же день. Однако лживый Халил бей (турецкий генерал Халил паша - Ф.А.) обманул генерала Шихлинского (зам. министра обороны АДР — Ф.А.), заявив: «Мой паша, правительство разобрало рельсы на границе. Красная Армия не сможет проследовать отсюда в Анатолию для оказания помощи Ататюрку. Пожалуйста, примите соответствующие меры». Введенный в заблуждение Шихлинский распорядился восстановить железную дорогу...27 апреля Красная Армия вторглась в Баку и заняла стратегические учреждения и объекты в городе» [7].

Таким образом, из свидетельств Кейкуруна выходит, что, несмотря на уговоры кемалистов (Халил паши, Кязим Карабекир паши и др.), Азербайджанское правительство не дало официального разрешения на вступление российских войск в страну. Различные группировки в стране и парламенте вели различную политическую игру, а турецкие офицеры действовали путем увещеваний, угроз, а порою, по выражению Кейкуруна, «подкупа и обмана». Конечно же, Россия могла без всякой подготовительной работы, просто вторгнуться в Азербайджан, и потопив в крови сопротивление азербайджанцев, силой овладеть страной. Однако большевики и кемалисты предпочли мирный поворот событий. Дело в том, что 40-тысячная, неплохо вооруженная армия АДР была хоть и не превосходной, но вполне реальной военной силой. Прямое столкновение с национальной армией могло затянуть процесс установления советской власти в Азербайджане, что не входило ни в планы России, ни в интересы Турции. Поэтому, кемалисты и большевики вели переговоры с пророссийски настроенными деятелями в Азербайджанском руководстве и старались продвинуть их на главные посты в правительстве.

В этих условиях в Азербайджанском руководстве за месяц до вторжения Красной Армии произошел мини-переворот. В канун Новруз байрама 22 марта 1920 г армяне Карабаха, по наущению Москвы, подняли мятеж с целью отделения от Азербайджана. Национальные подразделения не могли сразу справиться с мятежом. Большая часть азербайджанской армии была снята с северных границ и брошена на подавление восстания. В итоге, граница Азербайджана с Россией осталась практически оголенной. Сторонники левых фракций объявили, что премьер министр Н.Юсифбейли (Усуббеков) не в состоянии руководить страной и, большинством голосов, передали мандат на формирование правительства пророссийски настроенному Мамед Гасану Таджикскому, которого Наги Кейкурун Шейхзаманлы называет «предателем». Ему противостояли Ф.Хойский, Н.Юсифбейли (Усуббеков), М.Э.Расулзаде, Н.К.Шейхзаманлы и др.

Таким образом, в правительстве и парламенте произошел глубокий раскол. Политическое руководство было парализовано и неспособно принимать адекватные меры для защиты своих границ. Одни чиновники отдавали приказы разобрать железную дорогу и взорвать мосты на границе, другие, по рекомендации турецких военных советников, - их отменяли. Особенно обескураживающе звучали рекомендации турецких эмиссаров сдаться на милость большевикам без боя. Н.К.Шейхзаманлы пишет: «Перед вторжением русских войск кабинет министров Азербайджана решил перенести столицу страны обратно в Гянджу и оттуда руководить борьбой против Красной армии. Для осуществления этого плана были необходимы крупные суммы денег. Поэтому, Центральный Банк Азербайджана приказал перевести в свой Гянджинский филиал 100 миллионов манатов. Служащие банка упаковали деньги в сейфы и погрузили на специальный поезд, направлявшийся в Гянджу. Однако, вскоре, турецкий офицер по имени Халит бей из Батальона Обороны Парламента остановил движение поезда при помощи примерно 50 вооруженных людей» [8].

В этой связи весьма показательна позиция министра обороны генерала Самед бека Мехмандарова, не выходившего на работу перед самым российским вторжением, мотивируя свое поведение плохим самочувствием. Возможно, генерал не хотел нести моральную ответственность за капитуляцию перед врагом и поэтому передал все полномочия своему заместителю - генералу Алиага Шихлинскому. В итоге, «наивный и обманутый», по выражению Кейкуруна, зам. министра обороны Шихлинский практически саботировал конкретные меры правительства по организации обороны страны. Он не только приказал восстановить железную дорогу, но и отменил распоряжение правительства о взрыве заминированных мостов на границе [9]. Все это обосновывалось необходимостью оказания помощи братской Турции. Кейкурун пишет: «На второй день после оккупации Баку большевиками доктор Карабеков, лидер Партии Исламского Единства (партия «Иттихад» - Ф.А.), и наивный генерал Шихлинский посетили казармы Баку... Генерал Шихлинский говорил азербайджанским солдатам: «Дети мои, когда-то турецкая армия под командованием своих пашей пришла и помогла нам освободить Баку. Сегодня наш черед помочь нашим братьям. Враги заняли Стамбул. Мы должны очистить Стамбул от оккупантов. Я поведу вас на войну против врагов Турции. Клянетесь ли вы направиться в Турцию и бороться не на жизнь, а на смерть?...». Доверчивый Шихлинский говорил эти слова с искренней верой. Он не предал нас большевикам. Генерал был просто обманут пропагандой ренегатов [10].

Лидер партии «Мусават» Мамед Эмин Расулзаде пишет о роли кемалистов в свержении правительства АДР в более обтекаемой и дипломатичной форме: «Ближайшие соседи Кавказа Иран и Турция, в особенности же последняя, в целях спасения своей национальной государственности, были вынуждены дружить с большевиками и даже заключить с ними союз. Сложившаяся международная ситуация закончилась для Азербайджанской республики трагически. Большевики, силой захватившие Азербайджан, всячески и с большим мастерством пропагандировали идею о том, что они направляются на помощь кемалистской Турции, отступающей под натиском греческих войск, а мусаватское правительство, якобы, мешало этому» [11].

Вторжение российских войск сопровождалось массовыми репрессиями против местного населения. В связи с этим, турецкий генерал в отставке Вейсал Унувер писал следующее: "Бесчинства большевиков в Азербайджане заставили позабыть об армянской угрозе, ибо большевики превзошли армян. После событий в населенном тюрками нахичеванском селении Нехрам, там было созвано собрание, где было объявлено, что Азербайджан постигла катастрофа. Проклинали большевиков и открыто говорили: "Турция пожертвовала нами, чтобы спасти себя" [12].

Лорд Кинрос в своей книге "Ататюрк" пишет следующее: "После конгресса в Сивасе Мустафа Кемаль Ататюрк решил направить в Россию неофициальную миссию для получения от Москвы денег и оружия. Эта задачу поручили одному из старых младотурков - Халил паше. Благодаря стараниям Халил паши, в первые месяцы 1920 г Россия мало помалу начала оказывать помощь Анатолии. Визит делегации под руководством Кязым Карабекир паши в Баку не дал положительных результатов (т. е. азербайджанское руководство без особого восторга встретило рекомендации турок сдаться большевикам - Ф.А.). Тогда Турция объявила, что она начинает военные операции с целью возвращения своих восточных провинций (Каре, Ардаган, Сурмели и др. - Ф.А.) и, взамен, признает права России на Азербайджан. Взамен, Турция потребовала финансовой и военной помощи для усиления своей военной мощи и для проведения совместных военных операций» [13].

Союз Турции и России привел к полной международной изоляции Азербайджана. Не осталось ни одного государства мира, которое взялось бы отстаивать независимость АДР. Примечательно, что даже страны Антанты, сражавшиеся как против турок, так и против большевиков, не сочли нужным противодействовать российскому вторжению в Закавказье. В связи с этим, Мамед Эмин Расулзаде пишет: «Так и не добившись поставленных перед собою целей и вследствие целого ряда внутриполитических причин французские военные части были выведены с Украины, а английские - с Кавказа. Это придало большевикам смелости атаковать Кавказ. Кроме того, тогдашний премьер министр Великобритании Ллойд Джордж заявил посетившему Лондон советскому министру внешней торговли Красину, что правительство королевства не вмешивается в дела Кавказа» [14].

В этих условиях, решение Анкары, признать АДР зоной влияния Советской России отняло у Азербайджана последний шанс отстоять свою независимость. Нельзя не согласиться с А.Балаевым, который отмечает: «Взамен военной и дипломатической поддержки Турция вынуждена была признать Закавказье, в том числе Азербайджан, сферой влияния России. Таким образом, получив полную свободу действий в Закавказье, Советская Россия развязала себе руки для агрессии против Азербайджана» [15].

Сегодня совершенно очевидно, что крах АДР был абсолютно неизбежен. Понимали ли это азербайджанские политики того времени. Если да, то почему Н.Юсифбейли, М.Э.Расулзаде, Н.К.Шейх-заманлы и другие члены правительства и парламента упрямо выступали против ввода российских войск в Баку? На что они надеялись? Они, конечно же, осознавали, что отстоять Азербайджан - очень сложная задача. Однако в то время не все было так просто и ясно как сейчас. Прежде всего, следует остановиться на вероломной политике Великобритании, которая, с одной стороны, заверяла Россию, что не вмешивается в дела Закавказья, а с другой стороны, всячески продолжала подталкивать страны этого региона к губительному противостоянию с большевиками. Основной целью Антанты было хоть немного ослабить большевиков даже ценой краха Закавказских Республик. Лицемерная политика Великобритании того времени отражена в высказывании английского автора Мак Донелла: «Мы всегда поддерживали армян, и в тоже время мы поддерживали их вечных врагов мусульман» [16]. Вопреки ожиданиям азербайджанских политиков, англичане в этот раз никакой поддержки не оказали и в самый последний момент покинули Баку, оставив АДР один на один с Россией.

Азербайджанская политическая элита продолжала выступать против ввода Красной Армии в страну еще и по другой причине: она не могла верить декларациям кемалистов и большевиков о том, что интересы азербайджанского руководства не будут ущемлены после смены власти в стране. Мы знаем, что учиняли большевики над местным населением, чиновничеством и офицерами, когда им удавалось вклиниться на территорию, контролируемую тем или иным белогвардейским генералом - Колчаком, Врангелем, Деникиным и т.д. Кровь стариков, женщин и детей ручьем текла по России. Повсюду стояли виселицы с болтающимися на них белогвардейскими офицерами. Азербайджанское руководство не верило, что большевики будут более лояльны и гуманны в Азербайджане. И действительно, их худшие ожидания сбылись: в первые же годы после советизации страны было репрессировано и казнено около 50000 азербайджанцев, которые поистине представляли элиту азербайджанского общества. Многие чиновники и офицеры, такие как Фатали хан Хойский и Насиб бей Юсифбейли были убиты, другие (М.Э.Расулзаде, М.Б.Мамедзаде, Н.К.Шейхзаманлы, Дж.Гаджибейли и др.) - провели остаток жизни в зарубежной эмиграции. В случае свержения большевиков, они надеялись вернуться в Азербайджане и вновь включиться в политическую борьбу. Для этого идеально подходил имидж бескомпромиссного борца за свободу, отвергающего всякое сотрудничество с оккупационными войсками. В то время многие политики полагали, что режим большевиков недолговечен и скоро рухнет. Их надеждам не суждено было сбыться. Большевики пришли основательно и надолго. Немалую роль в этом сыграли и их союзники - кемалисты.

Люди, не знающие исторических реалий, упрекают Мустафу Кемаля за "предательство" интересов Азербайджана. Однако все обстояло совсем не так. Попробуем непредвзято разобраться в ситуации, сложившейся в регионе к началу 1920 года. Турция в это время переживала критический период своей истории. Потерпев вместе с Германией поражение в первой мировой войне, турецкая армия потеряла 600 тыс. человек, в том числе 400 тысяч убитых и умерших от ран, 100 тыс. раненых, 80 тыс. пленных и пропавших без вести [17] . Османская империя потеряла основную часть своих земель, а правительство младотурок бежало из страны. В этих условиях турецкий народ во главе с Мустафа Кемалем Ататюрком поднялся на борьбу против иноземных поработителей. Однако силы были неравны. 16 марта 1920 г. английские войска оккупировали столицу Османской империи - Стамбул. В мае началось греческое наступление против турок. Революционная армия Мустафы Кемаля насчитывала всего около 90 тысяч бойцов [18], то есть примерно столько же, сколько и греческая армия [19]. Кроме того, туркам необходимо было сражаться и против английских оккупантов. Правительство Кемаля находилось в критическом положении и искало любых союзников. Туркам необходимы были деньги и оружие, которое и обещала им Россия в обмен на отказ от притязаний на Закавказье.

Разумеется, в сложившейся ситуации Ататюрк и подумать не мог о том, чтобы, защищая Азербайджан, открыть второй фронт против России. Фактически уступка Турции, ее "разрешение" России оккупировать Закавказье носили чисто символический характер. Большевики в то время были на подъеме, силы белогвардейцев Деникина и Колчака были в основном разгромлены. Красная Армия контролировала большую часть территории бывшей Российской империи и насчитывала около 5 миллионов бойцов. Даже Германия опасалась воевать один на один с Россией. Что уж тут говорить об охваченной гражданской войной Турции, с оккупированной врагами столицей и 90-тысячным войском, отступавшим в глубь страны под ударами греческих войск. Закавказье было бы захвачено Россией в любом случае, как с согласия Турции, так и без ее согласия. Понимая неизбежность крушения Азербайджанской Демократической Республики, турки не препятствовали советизации Азербайджана, но потребовали у русских выполнения ряда условий в пользу нашей страны. Именно благодаря влиянию Турции Азербайджан даже после оккупации XI Красной Армией смог в основном сохранить свою территориальную целостность и государственность в форме Азербайджанской ССР. Кроме того, заключив с большевиками Московский и Карсский договоры, турки вернули себе большую часть земель, ранее захваченных Российской империей. Армении пришлось расстаться с мечтами получить в свой состав Сурмели, Карс, Ардаган, Нахичевань и Карабах.

По существу, договоренности между турками и большевиками были выгодны в первую очередь Турции и Азербайджану, менее выгодны России и абсолютно невыгодны Армении. Почему же Россия решила предать своего извечного союзника - Армению и столь щедро поддержать Ататюрка, не представлявшего для нее в 1920 году никакой реальной угрозы? Почему XI Красная Армия в апреле-мае 1920 года, пройдясь вихрем по Закавказью, не вторглась затем в Турцию и не осуществила давней мечты российских политиков - захват контроля над черноморскими проливами Босфор и Дарданеллы? Даже если бы англичане помешали захвату проливов, многомиллионная армия большевиков могла бы легко овладеть большей частью континентальной Турции, где английских войск не было.

Несмотря на то, что Ататюрк в то время не был способен дать отпор большевикам, Москва предпочла не только договориться на равных с несравнимо более слабыми кемалистами, но и пойти на значительные территориальные уступки, а также выплатить Турции миллионы рублей золотом и поставить турецкой армии десятки тысяч единиц стрелкового оружия, артиллерии, миллионы патронов и снарядов [20]. Причина щедрости большевиков заключается в гибкой политике Ататюрка, демонстрировавшего интерес к марксистскому учению. Сегодня трудно сказать был ли этот интерес искренним или же Ататюрк руководствовался лишь соображениями политической конъюнктуры. Как бы то ни было, Ленину Ататюрк представлялся предводителем народного восстания угнетенных масс. Большевики надеялись, что в будущем Ататюрк провозгласит Турцию Советской Социалистической Республикой и присоединит всю огромную бывшую Османскую империю к социалистическому лагерю. Ленин рассудил, что выгоднее не воевать с Ататюрком, а наоборот, помогать ему в борьбе против греков и англичан, с тем, чтобы в последующем завладеть не какой-то частью разделенной между европейскими странами Турции, а взять под контроль всю территорию этой все еще огромной и влиятельной страны. Поведение Ататюрка всячески поддерживало эти иллюзии большевиков. 14 августа 1920 г., выступая в турецком меджлисе, Ататюрк с большой симпатией говорил о Советской России: "Большевизм может рассматриваться как точка зрения угнетенного класса внутри нации. Наша же нация в целом является угнетенной, поэтому она заслуживает поддержки со стороны сил, стремящихся переделать мир" [21].

Кроме того, Ататюрк, так же, как и большевики, назвал своих министров комиссарами, что было явным реверансом в сторону Советской России. Основной внешнеполитической линией советского правительства в 1920-х годах было стремление "раздуть" пожар мировой революции. Согласно учению Маркса, социализм может окончательно победить не в одной какой-либо отдельно взятой стране, а в мировом масштабе. Однако, вопреки прогнозам Карла Маркса, рабочие Англии, Франции и других европейских стран вовсе не собирались свергать власть буржуазии. Поэтому российские большевики, отчаявшись получить помощь из Европы, обратили свои взгляды на Азию. Турция привлекала их внимание тем, что так же, как и Россия, боролась против агрессии стран Антанты и проявляла интерес и симпатию к идеям большевизма. В воображении большевиков уже рисовалась Турецкая Советская Социалистическая Республика, охватывавшая Малую Азию, Балканы, Месопотамию и Северную Африку, еще совсем недавно находившиеся под юрисдикцией османского правительства. Ради достижения этой заветной цели Ленин даже готов был отказаться от многовековой традиции вражды с Турцией и покровительства Армении. Большевики полагали, что крохотная Армения и так никуда не денется от России, в то время как установление политического контроля над Турцией сулит России власть над значительной частью Ближнего Востока и Средиземноморья.

Таким образом, отношение Москвы к Турции изменилось на 180 градусов. Правда, некоторые положительные подвижки в российско-турецких отношениях имели место и раньше. Еще 20 ноября 1917г. Советское правительство опубликовало обращение "Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока", где выразило основные принципы отношения Советского правительства к Турции. Большевики заявили, что договоры о разделе Турции и захвате проливов, заключенные царем и Временным правительством с империалистическими державами Запада, потеряли силу и что Советское правительство будет бороться против любой политики захвата территорий Турции. Поэтому Черноморские проливы и Стамбул должны оставаться в руках самих турок [22].

Однако в 1918-1919 гг. имело место существенное охлаждение отношений между Турцией и Россией. В эти годы большевики были сильно обеспокоены фактом присутствия турецких войск на территории независимой Азербайджанской Демократической Республики и требовала немедленного вывода этих войск. Особенно беспокоило Россию то, что Баку, будучи важнейшим нефтеносным районом региона мира, находился вне власти советского правительства. Отношения между странами приобрели менее острый характер после того, как турки покинули Баку и их заменили английские войска под командованием генерала Томпсона. Немаловажную роль сыграло и то, что антиимпериалистическое, революционно-освободительное движение под руководством Мустафа Кемаля Ататюрка было, в основном, с симпатией воспринято в политических кругах Москвы [23].

В 1920 году, когда англичане захватили Стамбул, встревожился не только Ататюрк, забеспокоились и в Москве. По мнению большевиков, интервенция Антанты ставила под угрозу победу революционного движения в Турции. Чтобы поддержать турок, терпящих поражение на всех фронтах, Ленин еще до заключения российско-турецкого договора распорядился срочно поставить Анкаре военную и финансовую помощь. Уже летом 1920 г. Россия оказала Мустафе Кемалю предварительную военную помощь: 6 тысяч винтовок, 5 миллионов патронов, 17.600 артиллерийских снарядов, а также 1 миллион рублей золотом [24]. Мустафа Кемаль продолжал проявлять интерес к идеям марксизма. В одном из своих посланий в Москву он писал: "...в тот день, когда сознание преступности колониальной политики проникнет в сердца трудящихся масс мира, власть буржуазии кончится" [25].

19 февраля 1921 года Москву посетила турецкая делегация во главе с министром экономики правительства Ю.Кемалем Тенгиршенком. Вместе с ней в Советскую Россию прибыл состав первого постоянного турецкого посольства, которое возглавил генерал Али Фуад Джебесой. Согласно свидетельству последнего, турецкая делегация до начала конференции несколько раз побывала в Наркомате иностранных дел РСФСР, имела встречи с наркомом Г. Чичериным и его заместителем Л. Караханяном. Поскольку наркомат иностранных дел не проявил должного понимания позиции Турции в территориальном вопросе, члены делегации начали искать другие контакты. В ночь с 22 на 23 февраля 1921 года они встретились со Сталиным. Али Фуад Джебесой, в своей книге "Московские воспоминания" свидетельствует, что во время встречи они поинтересовались у Сталина, будет ли включен в повестку конференции Армянский вопрос, на что нарком по делам национальностей ответил: "Вопрос Армении вы решили сами. Если еще осталось что-то нерешенное, это тоже решайте сами, но поставьте нас в известность об окончательном сроке" [26].

26 февраля 1921 г. в столице России начала работу Московская конференция по заключению советско-турецкого договора. От правительства Советской России в ней принимали участие Георгий Чичерин и член Всероссийского ЦИК Джелал-Эддин Коркмасов, от правительства Великого национального собрания Турции - нарком народного хозяйства Юсуф Кемаль бей, нарком просвещения Риза Hyp бей, посол Турции в Москве Али Фуад паша. В составе турецкой делегации, посланной Мустафой Кемалем в Москву, был и турецкий коммунист Фуад Сабит Кемаль [27]. Практически все воспринималось, как подготовка договора между двумя братскими революционными движениями.

На разработку стратегии переговорного процесса влияли рекомендации Ленина, Сталина и, в какой то мере, Нариманова. Причем, Ленин, Сталин и Нариманов выступали с единых позиций и соглашались с идеей оказания территориальных уступок Турции, а министр иностранных дел А.Чичерин всячески противился этому. В связи с этим, 19 февраля 1921 г. Нариман Нариманов направил Ленину следующее письмо: "Я должен предупредить Вас: тов. Чичерин путает восточный вопрос, он слишком увлекается армянским вопросом и не учитывает всего, что может быть, если разрыв с ангорцами (т.е. Анкарой - Ф.А.) будет именно из-за армянского вопроса. Я категорически заявляю ...если хотим Азербайджан удержать за собой, мы должны с ангорцами заключить крепкий союз во что бы то ни стало" [28].

С аналогичных позиций выступал и Сталин, который обрушился на Чичерина в своем письме к Ленину: "товарищ Ленин! Я вчера только узнал, что Чичерин действительно послал когда-то туркам дурацкое (и провокационное) требование об очищении Вана, Муша и Битлиса (турецкие провинции с громадным преобладанием турок) в пользу Армении. Это армянское империалистическое требование не может быть нашим требованием. Нужно запретить Чичерину посылку нот туркам под диктовку националистически настроенных армян" [29].

Готовность России идти на компромиссы в переговорах с Турцией объяснялось еще и тем, что турки в 1921 г вели переговоры не только с Россией, но и со странами Антанты в Лондоне, что создавало определенную угрозу для интересов Москвы. Поэтому, русские старались во чтобы то ни стало опередить англичан и заключить с турками договор, призванный укрепить позиции России в Закавказье. Даже Чичерин осознавал необходимость идти на компромиссы. В связи с этим, он писал 9 марта 1921 года в ЦК РКП (б): «Ввиду ведущихся в Лондоне переговоров, ... нам следует скорее с турками кончить... приняв их последнее предложение». На следующий день он направил наркому юстиции РСФСР Курскому следующее послание: «Договор с Турцией по обстоятельствам момента приходится вырабатывать и заключать с лихорадочной быстротой. Нет времени долго обсуждать.. Надо во что бы то ни стало кончить немедленно и предстать перед политическим миром с готовым текстом» [30].

В итоге был заключен Московский договор, представлявший собой огромную дипломатическую победу Турции. Согласно этому договору, Турция не только получила от России огромную финансовую и военную помощь, но и вернула себе обширные земли в Анатолии, а также сохранила свое влияние и рычаги давления в Закавказье. Вслед за Московским договором был подписан также Карсский договор. 13 октября 1921 года его подписали с Турцией Азербайджанская ССР, Армянская ССР, Грузинская ССР с участием РСФСР. Согласно этому договору, к Турции отошла входившая прежде в состав Российской империи территория в 23 600 кв. км, состоявшая из Карсского, Ардаганского, Артвинского, Кагызманского, Ольтинского округов, южной части Батумского округа и Сурмалинского уезда [31]. Благодаря давлению Турции и несмотря на все возражения армян, Нахичевань осталась в составе Азербайджана. Об этом гласит статья 5-я договора: "Турецкое правительство и Советские правительства Азербайджана и Армении соглашаются, что Нахичеванская область в границах, указанных в приложении 3 настоящего договора, образует автономную территорию под покровительством Азербайджана" [32].

Договор не утратил своей силы и по сей день и является гарантом невозможности захвата Нахичевани Арменией. Оба договора, как Московский, так и Карсский, явились мощным ударом по армянскому экспансионизму. Накануне заключения этого договора страны Антанты (англичане, французы и греки) были уже полностью уверены в неминуемой гибели турецкой империи и заключили Севрское соглашение, по которому чуть ли не две трети территории Турции, включая Стамбул и Измир, отторгались от Турции в пользу армян, греков и курдов, а самим туркам отводился лишь небольшой клочок земли в Анатолии [33].

Армяне уже предвкушали провозглашение Великой Армении от моря до моря. Московский и Карсский договоры перечеркнули все планы армян. Им пришлось расстаться с мечтами заполучить Нахичевань. Зангезур оказался в числе спорных территорией, которые они смогли выторговать. Русские вернули туркам то, что армяне считали "Западной Арменией", то есть Карс, Сурмели, Ардаган и Эрзерум, а саму дашнакскую Армению, урезанную и расколотую, отдали на суд турецкой армии. 7 ноября 1920 г. турки, по согласованию с Москвой, вступили в г. Александрополь (Гюмри) в Армении. Кемалистское командование заявило, что турецкие войска несут армянскому народу "рабоче-крестьянскую власть" [34].

18 ноября 1920 г. Армянская Республика капитулировала перед Турцией, отказавшись от большей части территорий, ранее контролировавшихся дашнаками.. 4 марта 1921 г. газета "Жизнь национальностей" (орган советского Наркомнаца) опубликовала передовицу, где говорилось: "Армении, безусловно, придется руководствоваться ленинским принципом о величайших национальных пожертвованиях. Ей придется отказаться не только от империалистических дашнакских замыслов о великой Армении, но, возможно, даже и от более скромного желания объединения тех земель, которые назывались армянскими..." Правда, в дальнейшем российское руководство все же потребовало вывода турецких войск из Александрополя (Гюмри) мотивируя это тем, что армянам нужно оставить пусть крохотный, но все же клочок земли, где они могли бы создать свою республику [35].

Сразу же после заключения Московского договора Россия решила оказать Анкаре безвозмездную финансовую помощь в размере 10 миллионов рублей золотом. Так, правительству Турции было передано 4 млн. руб. золотом в апреле 1921 г., 1,4 млн. руб. - в мае-июне, 1,1 млн. руб. - в ноябре того же года, 3,5 млн. руб. золотом - в мае 1922 г. Советское правительство направило туркам 33.275 винтовок, 58 млн. патронов, 327 пулеметов, 54 артиллерийских орудия, 129,5 тыс. снарядов и большое количество другого военного снаряжения [36]. Все это значительно усилило боеспособность армии Ататюрка и способствовало победе турецкой революции.

Греческая армия, уже стоявшая на подходах к Анкаре, была разгромлена и оттеснена от реки Сакарья. Ататюрк получил звание "гази" (победитель) и постепенно восстановил власть над утерянными частями Анатолии. Азербайджан, несмотря на присоединение к СССР, сохранил большую часть своей территории и национальную государственность. Таковы основные итоги сотрудничества Ленина и Ататюрка в 1920-1921 годах.

В ходе Лозаннской конференции 1922-23 гг. СССР поддерживал Турцию и защищал тезис об обязательном турецком суверенитете над Проливами. В соответствии с решениями конференции, иностранные войска были выведены с турецкой территории и 29 октября 1923 года Великое Национальное Собрание провозгласило Турцию республикой. Президентом был избран Мустафа Кемаль. В телеграмме Председателя ЦИК СССР М.И.Калинина от 31 октября 1923 г. говорилось: "Поздравляю Вас, маршал Гази Мустафа Кемаль-паша, по случаю вашего избрания президентом Турецкой Республики, приветствуя в Вашем лице выдающегося руководителя героической борьбы турецкого народа против нашествия иностранных поработителей и избранного им главу дружественного турецкого правительства. Выражаю твердую уверенность, что неразрывные узы дружбы между народами и правительствами Турции и СССР будут становиться все более тесными и содействовать процветанию обоих государств" [37].

 

_________________

ЛИТЕРАТУРА

1. Гулиев Дж. Б. «Азербайджанская Республика (1918-1920)» - Истории Азербайджана, т.6, Б.: Элм, 2000

2. Документы внешней политики СССР. М.: Госполитиздат, 1958. Т. II. с.724.

3. Там же, т. II, с.725.

4. Doğan Avçioğlu. «Milli kurtuluş tarixi. Istanbul», 1951, c.452

5. Там же, с.455

6. Hüseyn Baykara. «Azərbaycan istiqlal mücadiləsi tarixi», Bakı, Azərb. Dövlət Nəşr., 1992, s. 261.

7. Naki Keykumn. «Azerbaycan İstiklal Mücadelesinin Hatıraları», Istanbul, 1964, c.40

8. Там же, с.40.

9. Nəsibzadə N. «Azərbaycan demokratik Respublikası». Bakı, Elm, 1990, s.70

10. Naki Keykurun. «Azerbaycan İstiklal Mücadelesinin Haüraları», Istanbul, 1964, c.40.

11. məmməd Əmin Rəsulzadə. «Çağdaş Azərbaycan tarixi». Bakı, Gənclik, 1991, s. 91-92.

12. Veysel Ünüver. «Bolşevklerle sekkiz ay», Istanbul, 1948, s.6.

13. Lord Kinros. «Atatürk», Istanbul, 1966, s.370-371.

14. məmməd Əmin Rəsulzadə. «Çağdaş Azərbaycan tarixi». Bakı, Gənclik, 1991, s. 91.

15. Айдын Балаев. «Азербайджанское национально-демократическое движение 1917-1920 гг.» Б.: Элм, 1990, с.60

16. Cəmil Quliyev. «Tarix. Düşüncələr, mülahizələr, qeydlər…» Bakı, Elm, 2004, s.528.

17. Ahmed Emin. «Turkey In The World War», New Haven, 1930, C, s.252

18. Розалиев Ю.Н. «Мустафа Кемаль Ататюрк. Очерк жизни и деятельности», М.: Восточная литература, 1995, с.31

19. Миллер А.Ф. «Очерки новейшей истории Турции», - М.-Л.: Изд. АН СССР, 1948. с.115.

20. Документы внешней политики СССР.-М.: Госполитиздат, 1959, т.III. с.675

21. Кузнецова С. И. «Установление советско-турецких отношений», М.: Изд. Восточной литературы, 1961, с. 19.

22. Документы внешней политики СССР. М.: Госполитиздат, 1959, т.III. с.670

23. Алиев Г.З. «Турция в период правления младотурок», М. Наука, 1972, с.321-322

24. «Документы внешней политики СССР» М.: Госполитиздат, 1959, т.III с.675

25. Там же, т.III с. 12.

26. Аli Fuat Cebesoy. «Moskova Hatıraları. Milli Mücadele Bolşevik Rusya». Istanbul, 1995, s.59

27. Документы внешней политики СССР.-М.: Госполитиздат, 1959, Т.II с.726.

28. Оганесян Э. «Век борьбы» Мюнхен-Москва: Феникс, 1991, с.365

29. Там же с.363

30. Гришин Н.В. «Турция и Россия в XX веке», М.: День, 1991, с.45

31. Хейфец А.Н. «Советская дипломатия и народы Востока». 1921-1927. -М.: Наука, 1968, с. 115

32. Документы внешней политики СССР, М.: Госполитиздат, 1959, т.III. с.420-426.

33. Миллер А.Ф. «Очерки новейшей истории Турции», М.-Л.: Изд. АН СССР, 1948, с.96-97.

34. Хейфец А.Н. «Советская дипломатия и народы Востока», 1921-1927. -М.: Наука, 1968. с.92.

35. С.Кузнецова, «Установление советско-турецких отношений», М., Изд. Восточной литературы, 1961, с. 50.

36. Документы внешней политики СССР, М.: Госполитиздат, 1959, т.III. с.675.

37. Калинин М.И. «Избранное», М.: Звезда, 1992, с. 63.

           АКТУАЛЬНЫЕ СТАТЬИ          

Реальная История Азербайджана

К ИСТОРИИ КАРАБАХСКОГО КРАЯ
В результате долгого изучения и исследования этноса, быта, культуры местного населения И.П.Петрушевский пришел к следующим выводам: "Карабах никогда не был центром армянской культуры. Карабахская культура целостна и принадлежит она азербайджанскому народу".


Реальная История Азербайджана

Размышления вслух об альтернативном пути освобождения Карабаха

Так, согласно официальным данным соседней страны, единый госэкзамен по армянскому языку и литературе в этом году будут сдавать 11186 человек. Это ниже показателя 2009 года, когда экзаменующихся было 12744. В 2008 году было еще больше - 13643, годом раньше сдавали выпускной экзамен 14150 молодых армян. Такая же уменьшительная динамика у них по другим экзаменационным предметам.

Замечаете, как они уменьшаются в год по тысяче? А если еще и целенаправленно экономику армянскую подорвать, тогда военная операция по изгнанию захватчика окажется излишней.


 

free counters

 Web Analytics

Clicky

   |  

Copyright © 2010 MyAzerbaijan.ORG

При использовании материалов ресурса ссылка на первоисточник обязательна